Согласованный транс: сон повседневной жизни

В этой главе мы будем исследовать наше повседневное, «нормальное» состояние сознания, но мы рассмотрим его примерно таким же образом, как мы исследовали феномен гипноза. Что представляет собой та среда, в которой формируется повседневное сознание? Каковы процедуры наведения этого состояния? Какие феномены может вызывать «гипнотизер»? Нормальное сознание мы будем называть согласованным трансом; роль гипнотизера будет играть культура. «Субъект», то есть человек, подвергающийся этому процессу, – это вы сами.

Вначале это утверждение может показаться чем-то надуманным и искусственным, но мы постепенно увидим, что согласованный транс является гораздо более всепроницающим, могущественным и искусственным состоянием, чем обычный гипноз, и он весьма напоминает гипнотический транс. Согласованный транс связан с утратой большей части присущей нам жизненности. Он (в слишком большой степени) является состоянием приостановленной жизнедеятельности и неспособности к полноценному функционированию, своего рода оцепенением или ступором. Это также состояние глубокого отвлечения, громадного отхода от непосредственной сенсорно-инстинктивной реальности к абстрактным представлениям о реальности. Что же касается определения транса как «экстаза», то согласованный транс также содержит в себе то, что можно было бы назвать вознаграждением, но вот можно ли называть это вознаграждение «экстазом»?

Вспомним, что во второй части этой книги мы подчеркивали психопатологический характер повседневной человеческой жизни: чего не хватает в этой жизни, из-за чего она становится столь несчастливой? Любовь, смелость, сострадание, творчество – всех этих положительных аспектов жизни мы коснемся позднее. Здесь же я хотел бы остановиться на отрицательной стороне культуры и на том, как возникает транс согласованного сознания. Тем не менее мы нуждаемся в культуре. Она дает нам много чрезвычайно полезных вещей и является той матрицей, из которой должна вырастать наша возможная будущая эволюция. Нужно учитывать и то, что процесс наведения согласованного транса несовершенен. Все мы имеем нашу собственную личную историю, которая придает повседневному сознанию каждого из нас его неповторимые формы. Подобно тому, как люди обладают разной гипнабельностью, все мы в различной степени погружены в транс согласованного сознания. И хотя картина, обрисованная ниже, кажется слишком упрощенной и стереотипной, она тем не менее довольно точна.

КУЛЬТУРА

Антропологи определяют культуру как сообщество людей, разделяющих общие для них фундаментальные убеждения о мире и общие формы практической деятельности, направленной на то, чтобы иметь дело с миром. Эти люди взаимодействуют друг с другом таким образом, который обеспечивает выживание сообщества, равно как и укрепление и сохранение их основных убеждений. Когда мы говорим о китайцах, мы знаем, что имеем дело с совершенно иным взглядом на мир, чем когда мы говорим об эскимосах или англо-американцах.

 

Культурная относительность

Антропология внесла уникальный вклад в наше понимание культуры. Путем изучения детально описанных различий и сходств между многими культурами мы получаем большую возможность признать относительность многих (если не большинства) убеждений, свойственных нашей культуре. Сообщества разумных людей, которые прошли через основной тест на выживание в качестве культуры, имеют весьма разные убеждения в отношении многих из тех вещей, которые мы считаем очевидными или священными. Большая часть того, что для нас очевидно в отношении мира, что мы считаем непреложными священными истинами, может и должно быть подвергнуто сомнению.

В качестве примера я часто привожу своим слушателям такую гипотетическую ситуацию: «Вашего брата только что убили. Вы знаете, кто это сделал. Многие ли из вас будут вызывать полицию?» Обычно все поднимают руки. Но если я затем спрашивал, сколькие из них испытали бы позор и бесчестье, вызвав полицию, то встречал недоумевающие взгляды. Что я имею в виду, когда это спрашиваю?

С точки зрения достаточного числа культур, отличающихся от нашей, мои слушатели только что показали себя достойными презрения, лишенными чести людьми, от которых нужно держаться подальше. Ведь во многих культурах убийство близкого родственника касается чести семьи.

Личная месть со стороны семьи убитого – дело чести! Собираются ли эти люди исполнить почетный долг и лично отомстить за убийство? Нет, они предоставят это группе посторонних, чужих людей (полиции), которые делают это за деньги!

До какой же степени падения может дойти человечество! Неудивительно, что нельзя доверять чужеземцам, и что мир столь ужасен!

ОКУЛЬТУРИВАНИЕ

Когда мы рождаемся, мы обладаем большим количеством потенциальных возможностей, которые ждут своего развития. Но мы рождаемся не в той среде, которая полностью безразлична к нашим способностям, равно как и не в той, которая бы способствовала их полному развитию. Мы рождаемся с потенциальной возможностью лично мстить тому, кто убивает члена нашей семьи, и испытывать гордость, совершив такой порядочный и достойный уважения поступок. Но мы рождаемся и с потенциальной возможностью чувствовать себя вполне удовлетворенными, если всем этим будет заниматься полиция. Маловероятно, что обе эти возможности будут развиваться в нас одновременно.

Каждый из нас рождается в своей культуре, в сообществе людей, которые разделяют общую систему убеждений, придерживаются определенной согласованности о том, каковы вещи и какими им следует быть. Вскоре после того как мы рождаемся, наша культура, прежде всего через родителей, начинает осуществлять целенаправленный отбор наших потенциальных возможностей [8]. Некоторые из этих возможностей считаются хорошими и активно поощряются. Приведем следующий пример, который долгое время считался вполне правильным в нашей культуре и лишь теперь стал спорным: «Ты хорошая девочка, потому что ты рассказала учителю, кто ударил твоего маленького брата! Я горжусь тобой!». Другие возможности считаются плохими, им не дают проявляться и за них наказывают. «Ты плохая девочка, потому что ударила того мальчика, который ударил твоего маленького брата! Ты не должна делать так! Хорошие девочки не делают таких вещей! Как я могу любить тебя, если ты будешь так поступать? Уходи в свою комнату!»

 

«Нормальность» и членство в своей культуре

Становление «нормальным», полноправным членом своей культуры включает в себя избирательное формирование, развитие в себе одобренных, санкционированных («естественность», «благочестие», «вежливость», «гражданские чувства») потенциальных возможностей и подавление при этом несанкционированных («злых», «криминальных», «преступных», «непочтительных») форм поведения. Хотя теоретически было бы вполне возможно только изображать соответствие социальным нормам, не превращая их в свои внутренние убеждения, для большинства людей это довольно трудно. Но с точки зрения культуры гораздо лучше, если ваш повседневный ум, привычный автоматизированный образ вашего мышления и чувствования, формируется так, чтобы отражать общепринятые в культуре убеждения и ценности. Тогда вы будете автоматически правильно воспринимать и интерпретировать события, так что для вас будет «естественно» действовать приемлемым для вашей культуры образом, даже если в этот момент на вас не будут оказывать влияние факторы социального принуждения. Когда вы автоматически думаете, автоматически ведете себя и вследствие этого чувствуете себя «нормально», когда внутренняя деятельность вашего ума автоматически отражает большую часть убеждений и ценностей вашей культуры – значит вы достигли состояния согласованного транса, порождаемого культурой. Этот взаимосвязанный набор убеждений включает в себя и веру в то, что у нас нет «системы убеждений». Иностранцы имеют странные «убеждения», но мы-то знаем, что на самом деле правильно!

Все культуры почти никогда не поощряют своих членов задавать вопросы. Проблема физического выживания была слишком актуальной для слишком многих людей на протяжении большей части нашей истории, и потому чувство, что именно с помощью нашей культуры мы только и остаемся живыми в грубом и враждебном мире, существует в нас на очень глубоком уровне, может быть, вообще изначально – так что не задавайте лишних вопросов, не раскачивайте попусту лодку, в которой вы плывете!

Культура пытается быть замкнутой системой. И тем не менее многие умные люди пришли к пониманию относительности культурных ценностей на основании своего собственного опыта. В прошлом это понимание могло прийти к тем, кто много путешествовал, и кто обладал достаточной открытостью, чтобы увидеть, что далеко не каждый иностранец является «дикарем» или «чужаком». Наше время является уникальным в том смысле, что стало доступным необычайно большое количество антропологического материала, связанного с относительностью культурных ценностей, что делает понимание этого факта более легким даже без путешествий по миру. Одна из форм самонаблюдения, о которой говорил Гурджиев и которую мы подробнее рассмотрим дальше, также может помочь нам преодолеть ограничения нашей культуры.

СУЩНОСТЬ

Гурджиев говорил, что новорожденный ребенок представляет собой чистую сущность. Эта сущность является вашим подлинным, самыми глубоким «я», вашими подлинными склонностями, желаниями, пристрастиями, симпатиями и антипатиями, тем потенциалом, который присутствует в вас до того, как процесс наведения согласованного транса начинает изменять эту подлинную сущность. Эта сущность является тем, кто мы действительно есть, когда приходим в этот мир.

Очевидно, что новорожденный имеет ограниченный набор возможностей. Он может спать хорошо или плохо, быть удовлетворенным или раздражительным, любить какой-то один вкус пищи и не любить другой. Кроме этого, врожденная сущность включает в себя – у тех детей, которые не имеют отклонений в развитии, – способность к научению языку и к восприятию культуры. Однако мы не являемся чистой доской, на которой культура может писать все что угодно без каких-либо последствий для нас. Мы также обладаем своим собственным уникальным генетическим и духовным наследием, которое начинает все больше проявляться по мере того как мы растем, и поэтому мы можем, например, не любить атлетические упражнения и предпочитать прогулки в лесу; находить вкус моркови отвратительным и любить запах пота, или же получать удовольствие от поэзии, находя при этом математику скучной и утомительной; или заниматься поисками внутреннего света, несмотря на насмешки окружающих.

Процесс порождения согласованного транса формирует сознание и поведение ребенка, «субъекта», чтобы сделать из него «нормального», чтобы обеспечить высший уровень стандартизации поведения и сознания у всех людей, так чтобы они соответствовали социальным нормам. Для того чтобы быть американцем, вы должны хорошо говорить по-английски, иметь достаточно приличные манеры, принятые в нашей культуре; вы должны смотреть по сторонам, когда переходите улицу, должны уважать своих родителей и учителей, с почтением относиться к американскому флагу; вы должны то-то, и то-то, и то-то... вы можете добавить сюда еще пять тысяч своих любимых убеждений.

Разумеется, мы как гипнотизеры от лица культуры вовсе не думаем о том, что мы делаем, как о наведении согласованного транса. Многих из нас привела бы в ужас сама идея наведения транса, включающего в себя снижение жизнедеятельности, ослабление контакта с реальностью и что-то похожее на оцепенение. Мы совершенно искренне считаем то, что мы делаем с нашими детьми, «образованием», обучением их навыкам, которые им необходимы, чтобы жить счастливо. Мы же просто помогаем детям, при чем здесь транс! Да, это, конечно, во многом правда. Например, ребенок должен научиться смотреть по сторонам, когда он переходит улицу, иначе он может погибнуть. Так же, как обычный гипнотизер использует некоторые истины (ваше зрение становится нерезким и вы начинаете видеть изменение цвета вокруг объекта сосредоточения) для того, чтобы вызвать обычный гипнотический транс, так и гипнотизеры от лица культуры используют многие истины для наведения согласованного транса.

Что же происходит с вашей изначальной сущностью при наведении согласованного транса?

 

Подавление сущности

Если вам очень повезло, и большая часть характеристик вашей сущности оказываются теми, что ценятся вашей культурой, наведение согласованного транса проходит гладко и не создает никаких конфликтов. Когда вы станете взрослым, ваша жизнь, вероятнее всего, будет «нормальной» и успешной. Если же ваша сущность является, например, несдержанной и агрессивной, и вам посчастливилось родиться в той культуре, которая восхищается жестокими и гордыми воинами, вы можете оказаться вынужденным иметь дело с реальными следствиями жизни в таком мире, но у вас не будет никаких мучительных проблем в отношении того, нормальны ли вы. Но предположите, что ваша сущность несдержанна и агрессивна, а вы родились женщиной в той культуре, где считается, что женщины должны занимать подчиненное положение и быть покорными. В этом случае у вас может быть масса неприятностей из-за вашего характера. И что еще хуже, этот аспект вашей сущности скорее всего будут считать неуместным и наказывать вас до тех пор, пока его внешние проявления не будут полностью подавлены. И, достигнув взрослого возраста, вы станете вести себя покорно и послушно и пытаться чувствовать себя действительно такой. Вы будете убеждать себя, что вы нормальный и хороший человек. Другие тоже будут говорить вам о вашей нормальности и будут принимать вас с дружескими чувствами, подкрепляя как ваше покорное поведение, так и ваше внутреннее чувство, что вы ведете себя правильно. Но нечто внутри вас, некая часть вашей сущности будет раздавлена. Если она раздавлена достаточно основательно, так что вы даже не чувствуете в себе вашего горячего темперамента, у вас может быть лишь смутное чувство, что что-то не так, что даже если вам и следовало бы быть счастливой, вы себя особенно счастливой не чувствуете. Некоторая часть вашей жизненной силы, вашей сущностной энергии будет утрачена и пойдет на поддержание состояния согласованного транса.

Если подавление было не настолько сильным, и вы осознаете, что есть много вещей, которые вызывают у вас гнев, но вы не хотите или не можете проявлять этот гнев, то вы можете испытывать беспокойство: «Нормальна ли я? Я не предполагала, что могу чувствовать вещи таким образом; нормальная женщина не должна расстраиваться в таких ситуациях». Некоторая часть вашей сущностной энергии утрачивается, будучи связанной этим узлом «невротического» беспокойства о том, нормально ли ваше поведение. И опять-таки вы утрачиваете при этом часть своей живости.

Теперь мы можем приступить к сравнению наведения согласованного транса с формальной процедурой индукции гипнотического транса.

Напомним об окружающей обстановке в нашей модели гипнотической процедуры. Стэнфордская шкала гипнабельности предполагает относительно обычную окружающую обстановку, тихую комнату и удобный стул. Мысль о том, что сейчас будет происходить процедура гипнотизирования, добавляет немного очарования к этой обстановке и к самой процедуре, но обычная исследовательская атмосфера психологической лаборатории довольно быстро сводит это очарование на нет. Гипнотизер может быть старше по возрасту или иметь более высокий престиж, чем испытуемый, – он «специалист», но отношения во время процедуры гипноза – это, как правило, отношения между двумя нормальными, компетентными и достигшими взаимного согласия взрослыми людьми.

 

Ограничения в обычной процедуре гипнотической индукции

Хотя это, возможно, и не обсуждалось с достаточной ясностью, на гипноз налагаются некоторые явные ограничения. Например:

а. Процедура ограничена по времени, обычно она занимает один или два часа.

б. Испытуемый рассчитывает на то, что гипнотизер не будет его пугать, угрожать или причинять ему зло тем или иным путем.

в. Если процедура гипноза не получится так, как хотелось бы, то гипнотизер не будет упрекать за это испытуемого.

г. Гипноз может быть удачным и вызвать глубокий «транс», но испытуемый рассчитывает на то, что этот эффект будет лишь временным и что его опыт в целом останется неизменным.

Поэтому можно сказать, что формальная процедура гипнотической индукции – это добровольные и ограниченные во времени отношения между достигшими взаимного согласия взрослыми людьми, осуществляемые в научных или образовательных целях. Власть над собой, которую испытуемый передает гипнотизеру, ограничена как временем, так и другими достаточно глубокими этическими соображениями, уже упомянутыми выше. Глубокие изменения в переживаниях могут возникать на некоторое время, но испытуемый рассчитывает на то, что они не вызывают принципиальных или долговременных изменений в его личности или реальности.

Наведение согласованного транса начинается в таких условиях, которые дают гипнотизерам от лица культуры гораздо большую власть и влияние, чем когда-либо может быть дана в обычной процедуре гипнотической индукции.

 

Непроизвольная природа наведения согласованного транса

Во-первых, наведение согласованного транса начинается не как добровольное и ограниченное взаимоотношение, основанное на взаимном согласии двух взрослых и знающих людей. Оно начинается с самого рождения. Новорожденный приходит в мир с неразвитым телом и столь же неразвитой нервной системой, его выживание, равно как и его счастье, полностью зависит от его родителей. У него есть своего рода естественное согласие на обучение, хотя отношения, основанные на власти, делают это согласие насильственным.

Пока ребенок будет медленно обретать сознание и способность удовлетворять свои собственные нужды, эти отношения власти будут оставаться очень несбалансированными на протяжении многих лет. На самом деле равновесие власти в гораздо большей мере напоминает то, что мы воображаем и потом превращаем в мифы – равновесие власти между богами и обычными смертными, – нежели отношения между взрослыми людьми. Родители и другие агенты культуры, выполняющие роль гипнотизеров, являются относительно всеведущими и всемогущими по сравнению с самим субъектом. Таким образом, окружающая обстановка при наведении согласованного транса предполагает, что те, кто выступает в роли гипнотизеров, наделены гораздо большей властью, чем в случае обычной гипнотической индукции.

 

Неограниченное время наведения согласованного транса

Во-вторых, наведение согласованного транса не ограничено одним или двумя часами гипнотического сеанса. Оно включает в себя годы многократно повторяющихся наведений и подкреплений предыдущих наведений. Учитывая то, как дети воспринимают течение времени, гипнотизеры от культуры имеют в своем распоряжении целую вечность для того, чтобы работать над своими субъектами. Кроме того, предполагается, что согласованный транс должен продолжаться всю жизнь: нет никаких гипнотизеров от культуры, которые могли бы дать вам внушение проснуться.

Эта книга как раз и является таким внушением, внушением, предлагающим вам пробудиться. И я очень рад, что власть культуры уже не настолько сильна, чтобы такое внушение на пробуждение нельзя было сделать.

 

Использование физической силы

В-третьих, обычный гипнотизер не может использовать силу, для того чтобы убедить своего испытуемого сотрудничать с процессом внушения, – в обычной для таких случаев обстановке это только помешало бы делу. Напротив, гипнотизеры от культуры могут использовать при необходимости физические угрозы и приводить их в исполнение посредством подзатыльников, шлепков, порки, лишения привилегий или игрушек. Боязнь наказания и боли делает субъекта очень внимательным ко всем прихотям гипнотизеров от культуры и готовым вести себя желательным образом. Поскольку самый легкий способ действовать культурно санкционированным образом состоит в том, чтобы чувствовать это естественным для себя, страх наказания помогает структурировать внутренние умственные и эмоциональные процессы в соответствии с требованиями культуры.

 

Использование силы эмоций

Гипнотизеры от культуры не ограничены одной лишь возможностью физических угроз и наказания. Поскольку родители являются для субъекта основным источником любви и самоуважения, то ему можно пригрозить, что он будет лишен любви и одобрения, и даже действительно лишать его этого до тех пор, пока он не будет послушным. «Я не могу любить такого плохого маленького мальчика!» Манипулирование естественной любовью детей к родителям является еще одной вариацией на ту же тему: «Ты не должен был бы делать этого, если ты любишь мамочку!» Многие психологи чувствовали, что такое обусловленное использование любви («Я буду любить тебя, если...») в сочетании с отказом признавать собственное восприятие и чувства ребенка оказывает намного большее влияние, чем просто физическое наказание. А поскольку любовь и привязанность являются столь реальными и жизненно необходимыми, то манипулирование ими бывает чрезвычайно эффективным. Тот факт, что в большинстве случаев между ребенком и родителями действительно существует большая любовь, добавляется к тому замешательству, которое способствует наведению согласованного транса: когда поведение родителей манипулятивно, а когда это просто любовь?

 

Любовь и признание как награда за конформизм

В-четвертых, гипнотизеры от культуры могут предлагать свою любовь и личное признание в качестве награды за послушное поведение. «Какие у тебя хорошие мысли. Ты хорошая девочка. Я люблю тебя». «У тебя все пятерки! Ты такая умница!» Обычный гипнотизер в такой ситуации может предлагать свое одобрение («Вы все делаете хорошо»), но оно редко обладает такой же действенностью, какую для ребенка имеют любовь и одобрение родителей.

Личное признание является очень важным аспектом наведения согласованного транса. Все мы имеем «социальный инстинкт», желание принятия со стороны других, желание иметь друзей и свое место в обществе, быть уважаемым, быть «нормальным». В раннем возрасте это признание и самоутверждение исходит почти исключительно со стороны родителей: это они определяют, что значит быть нормальным. Когда ребенок устанавливает социальные отношения с другими взрослыми и другими детьми (которые также выступают в роли агентов культуры), он узнает многое о том, как он должен действовать, чтобы получить признание. По мере того как эти одобренные навыки поведения утверждаются и вознаграждаются, они оказывают дальнейшее влияние на формирование привычного образа мышления. Страх быть отверженным является сильным мотиватором. Все мы, вероятно, имеем те или иные воспоминания о детских мучениях относительно того, были ли мы «нормальными».

 

Чувство вины

В-пятых, «субъекта», ребенка, в явном виде обвиняют в том, что он не ведет себя желательным для культуры образом. «Хорошие девочки делают уроки!» Если вы не делаете уроки, то вы плохая девочка. Никому не нравится, когда его считают плохим, так что угождать гипнотизеру от культуры куда более важно, чем угождать обычному гипнотизеру. Нам отказывают в признании столь разными способами, и нам говорят, что мы плохи столь часто, что это легко может вести к нарастанию общего чувства собственной никчемности и вины. На это накапливающееся чувство вины наслаиваются новые осуждения, придавая каждому новому инциденту гораздо большую силу, чем он имеет сам по себе. И это еще более усиливает глубинные чувства вины и неадекватности. Мифы о первородном грехе еще в большей мере ухудшают ситуацию.

 

Диссоциация

Еще одним фактором, придающим процессу наведения согласованного транса огромную силу, является то, что психическое состояние ребенка во многих важных отношениях сходно с состоянием глубоко загипнотизированного субъекта. Это значительно увеличивает силу «внушений» гипнотизеров от культуры.

Например, в состоянии глубокого гипноза ориентация в согласованной реальности (ОСР) в значительной мере отходит на задний план. Когда испытуемому внушают определенное переживание, то и само это внушение и переживание происходят в относительной изоляции от других умственных процессов. Когда гипнотизер внушает вам, что ваша рука тяжелая, то накопленные ранее знания о нормальной работе руки и о соответствующих социальных ситуациях не приходят вам на ум сразу же и не лишают внушение силы.

В нашем обычном состоянии существует чрезвычайно большое количество автоматических ассоциаций предыдущего знания с появляющимися стимулами. Когда что-то происходит, это автоматически ассоциируется со всеми видами подходящих знаний и помогает вам принять решение о том, как вести себя в этой ситуации. Например, когда вы идете по улице, с вами заговаривает человек. Вы отмечаете странность его одежды, его взгляда, необычность того, как он произносит слова. Не очень задумываясь об этом намеренно, вы «сразу же понимаете», что это «сумасшедший». Накопленные вами одобренные культурой знания подсказывают вам, что лучше не связываться с сумасшедшими, так что вы не обращаете на него никакого внимания и уходите. Если бы в вас не возникла эта мгновенная ассоциация с образом «сумасшедшего», которая дает вам возможность реально оценить ситуацию как угрожающую или неприятную, вы могли бы связаться с этим «сумасшедшим», и кто знает, чем бы это все закончилось.

Ассоциации такого рода возникают настолько автоматически, что мы обычно этого не замечаем, и нам нужно взглянуть на диссоциацию, чтобы понять важность и распространенность ассоциации. Состояние психики ребенка подобно состоянию психики глубоко загипнотизированного субъекта, ОСР которого угасает до относительно неактивного состояния. У него нет достаточно большого количества информации, которая могла бы автоматически приходить ему на ум, и процесс ассоциации у него еще не столь автоматизирован, чтобы всегда придавать более широкий контекст происходящим событиям, и по этой причине внушения гипнотизера от культуры действуют в диссоциированном состоянии, когда ассоциации отсутствуют, что увеличивает их силу. Большая часть нашего окультуривания и обусловливания происходит в раннем возрасте, когда мы еще недостаточно освоили язык. Я подозреваю, что язык бесконечно усиливает нашу способность ассоциировать информацию, так что недостаточное владение языком вносит свой вклад в диссоциированность детского ума. Когда мы, как взрослые и мыслящие преимущественно с помощью языка люди, пытаемся понять процесс воздействия на нас культуры и происходящего при этом обусловливания, то оказывается, что вспомнить это довольно трудно, поскольку память об этом хранится не в словесной форме. Это в еще большей степени увеличивает силу окультуривания в раннем возрасте.

 

Инстинктивная вера в родителей

У испытуемого в состоянии глубокого гипноза, особенно если он далеко зашел в архаической регрессии, развивается состояние большого доверия к гипнотизеру. Это доверие действительно приобретает несколько волшебный, магический характер по той причине, что в процессе гипноза удивительные вещи начинают происходить только лишь потому, что гипнотизер сказал, что они произойдут. Дети испытывают похожее глубокое доверие к своим родителям. Как мы уже ранее отмечали, родители часто воспринимаются ребенком как всеведущие и всемогущие, поэтому и его доверие к ним имеет магический характер, что еще больше способствует влиянию на ребенка внушений со стороны родителей [9].

Надежды на постоянство

И, наконец, что важнее всего, согласованный транс рассчитан на то, чтобы быть постоянным состоянием, а не просто интересным опытом, который строго ограничен во времени. Умственные, эмоциональные и физические привычки нашей жизни закладываются в детстве, когда мы особенно легко внушаемы и уязвимы. Многие из этих привычек не просто заучиваются, но обусловливаются, то есть они обладают качеством принуждения, свойственным обусловливанию. Поскольку это автоматизированные привычки, то они не нуждаются в поддержке со стороны каких-то особых ситуаций, как это обычно требуется при формальной процедуре гипноза; они действуют почти при всех обстоятельствах. И вам уже не нужно специально прилагать усилия по поддержанию согласованного транса – он стал автоматическим.

Мы можем представить себе индивида, который смог бы понять, что те вещи, которые преподаются ему как столь важные и значительные, на деле являются не универсальными истинами, а всего лишь причудливыми представлениями конкретного племени, в котором ему случилось родиться. Однако большинство из нас не способно понять этого в отношении содержания согласованного транса, вызванного в нас культурой. В слишком многих отношениях именно мы сами и являемся этим трансом.