Неведение

Неведение — это фундаментальная неспособность осознавать безграничный потенциал, ясность и энергию ума. Её можно сравнить с ситуацией, когда мы смотрим на мир через цветное стекло, — всё, что мы видим, искажается или маскируется цветом стекла. На самом первичном уровне неведение искажает фундаментальный опыт осознания, представляя его как постоянное, существующее от природы различие между «собой» и «другим».

Таким образом, неведение — это двоякая проблема. Как только у нас устанавливается нейронная привычка определять себя как единое, независимо существующее «я», мы неизбежно начинаем считать «другими» всё и вся, отличное от «себя». «Другой» может быть чем угодно: столом, бананом, другим человеком или даже тем, что это «я» думает или чувствует. Всё, что мы переживаем, становится в каком-то смысле чуждым. Привыкая к разграничению между «собой» и «другими», мы делаем себя пленниками дуалистического способа восприятия, проводя концептуальные границы между своим «я» и остальным миром, находящимся «где-то там» — миром, который кажется настолько огромным, что мы как-то само собой начинаем считать себя очень маленькими, ограниченными и уязвимыми. Мы начинаем видеть в других людях, материальных объектах и прочих явлениях потенциальные источники счастья и несчастья, и жизнь превращается в борьбу, чтобы побыстрее получить то, что нам нужно для счастья, до тех пор, пока это не урвал кто-нибудь другой.

На санскрите эта борьба называется сансара, что буквально означает «крут» или «колесо». В частности, сансарой считается колесо, или круг, несчастья — привычка ходить по замкнутому кругу, вновь и вновь гоняясь за одними и теми же переживаниями, причём каждый раз ожидая получить что-то новое. Если вы когда-нибудь видели собаку или кошку, гоняющуюся за своим хвостом, то вы уже видели сущность сансары. И хотя, может быть, забавно наблюдать за животным, преследующим свой хвост, но когда то же самое делает ваш собственный ум, это уже не так смешно.

Противоположность сансары — это нирвана. Этот термин почти в той же степени неправильно понимают, как и термин «пустота», или «пустотность». Санскритское слово нирвана примерно переводится как «выход за пределы скорби» или «гашение» (в том смысле, в каком вы гасите пламя свечи) и часто интерпретируется как состояние полного блаженства или счастья, возникающее в результате уничтожения или «гашения» эго или идеи индивидуального «я». Такая интерпретация в определённой степени правильна, однако она не учитывает того, что большинство из нас живут жизнью воплощённых существ в относительно реальном мире моральных, этических, правовых и физических различий.

Пытаться жить в этом мире, не считаясь с его относительными различиями, было бы так же глупо и трудно, как пытаться избегать последствий рождения левшой или правшой. Что толку? Более правильная интерпретация нирваны — это принятие широкой перспективы, которая допускает все переживания (и приятные, и болезненные) как аспекты осознавания. Конечно, большинство людей предпочитают переживать только «высокие ноты» счастья, но, как недавно верно подметил один мой ученик, если удалить «низкие ноты» из симфонии Бетховена — или даже из любой современной эстрадной композиции — то получится весьма сомнительный, «кастрюльный» результат.

Пожалуй, сансару и нирвану можно лучше всего понимать как точки зрения. Сансара — это точка зрения, основывающаяся прежде всего на определении переживаний в качестве приятных или неприятных и на отождествлении с ними. Нирвана — это более объективное состояние ума, в котором опыт принимается без оценок, что открывает в нас потенциал видения решений, которые могут быть связаны не столько с нашим индивидуальным выживанием, сколько с выживанием и благополучием всех чувствующих существ.

Это подводит нас ко второму из трёх основных недугов ума.